– Когда я слышу слово культура, я хватаюсь за пистолет.
Ганс Мост, «Шлагетер».

– Поэты должны быть изгнаны из государства.
Платон, «Государство».

 «Черное зеркало» / Black mirror – это вышедший в 2011 году британский мини-сериал из трех частей (каждая продолжительностью около часа), где сюжет закручивается вокруг масс-медиа, СМИ, разного рода Интернет-технологий и человека посреди всего этого, прастихоспади, дискурса.

Все существующие рецензии (вернее, одна, наиболее популярная рецензия, обильно растиражированная по сайтам), сводится примерно к следующему: черная гладь айфона/монитора/LCD-телевизора безжалостно засасывает душу современного человека, затягивает ее в цепкие лапы соцсетей, которые могут рассказать о нас больше, чем если бы Интернет вовсе перестал быть анонимным. И лишь благородные создатели сериала, обеспокоенные судьбой увязших в этой паутине обывателей, по-британски мрачно (и в то же время – остроумно) открывают нам новую, темную сторону всех этих столь приятных и удобных сервисов и гаджетов.

Лично мне после такой рецензии представлялись суровые люди с вилами и факелами, осаждающие замок Франкенштейна. Впрочем, менее зловещий пример, злободневный, думается, для большинства посетителей портала geekster.ru, это мама или, на худой конец, бабушка, непрерывно зудящая под ухом у любимого чада: «Все сидит за своим компьютером, света белого не видит». Не курит, не пьет, девушек не любит и в окошко не высовывается, как писал Веничка Ерофеев.

Нельзя, однако, свести описание сериала и к тем рекомендациям, которые вы могли услышать от своих знакомых, что-нибудь из серии: «Там премьер-министр Великобритании в прямом эфире совокупляется со свиньей, лол».

Думается мне, что пафос сериала находится несколько глубже, нежели попытка сорвать покровы и раскрыть зашоренные глаза любителям многочисленных ТВ-шоу, видеообращений в Интернете и смешных комиксов, пришедших на смену кинематографу и литературе. Да, многие из нас доходят до того, что фотографируют и выкладывают в Интернет чуть ли не каждый свой шаг (причем вне зависимости от наличия или отсутствия благодарного зрителя). И да, удовлетворяя, возможно, чей-то мучительный интерес, в первой серии «Черного зеркала» премьер-министр Великобритании действительно совокупляется со свиньей. Но это ли главное?

Сериал представляет собой интереснейшее исследование. Мы сталкиваемся здесь с тем, что в обществе современном стали окончательно размыты границы между эстетическим и политическим. Речь идет не о будоражащей юные умы нацистской униформе и не о суровом «искусстве» соцреализма в СССР. Речь идет, во-первых, о современной власти, о том, как она себя символизирует и выражает, а во-вторых (и это важно), как с учетом данного условия может выражать себя Художник? Здесь, конечно же, подразумевается обладатель любого творческого начала, будь то живописец или поэт.

Существует мнение, что вопрос о поэте в каждом случае представляет собой вопрос о политике и что каждое произведение искусства несет в себе некое политическое послание. Благодаря этому тезису у нас появляется основание поставить в один ряд «Завтрак на траве» Эдуарда Мане, где словно библейские лев и агнец возлежат аристократ и проститутка, и недавнюю акцию арт-группы «Война» на Литейном мосту, названную, ни много ни мало, «Член в плену у КГБ». Первая серия «Черного зеркала» дает нам образец медиа-террористического акта как акта творческого, того самого недосягаемого chef d’oevre, нынче утратившего беньяминовскую «ауру» в эпоху его технической воспроизводимости или, иначе говоря, тиражирования. Событие, представленное в серии «The National Anthem», являет собой ultima thule работы Художника. Он обрушивает на нас свой message и молча уходит, не дожидаясь ответной реплики. Очень по-английски.

Пафос сериала заключается в том, что для создания настоящего произведения искусства Художнику необходимо ускользнуть от влияния «официальной» культуры. Нельзя вступить в диалог с властью и не принять правила игры, ведь вступить, как вы сами знаете, можно только в лужу или в партию. Искусство – это стук упавшего табурета, это шум крови из перерезанных артерий, это звук хлопка одной ладонью. Действия и убеждения Художника-оппозиционера (а Художник – всегда оппозиционер, коль скоро мы пишем его с большой буквы) мгновенно обесцениваются и утрачивают самую свою суть в тот момент, когда игру начинают вести на поле доминирующей культуры. Вот те пресловутые не тридцать серебряников, но «Fifteen Million Merits», за которые он продает себя.

Подводя итоги, скажу следующее. Можно долго спорить о том, что же все-таки чудовищней, нищая тоталитарная антиутопия Оруэлла или царство вечного сна и развлечений Хаксли, но вспомните одну деталь: ни в том, ни в другом обществе не было Художников.

[yframe url=’http://www.youtube.com/watch?v=dpgQPpdZayg’]

Score: 8,5

Читайте ранее:
Парад веб-комиксов

Итак, мы возвращаемся к веб-комиксам по понедельникам! Сегодня вашему вниманию представляем следующие: Bitter sweet...

Закрыть