Одним из ключевых моментов прошедшего в Сан-Диего Комик-Кона стал премьерный тизер снимаемой Стивеном Спилбергом экранизации бестселлера «Ready Player One» (или «Первому игроку приготовиться»). И пока интернет собирает все отсылки, втиснутые в этот тизер (Дэфстроук! Дюк Нюкем! Мотобайк из Акиры! Стальной, мать его, Гигант!), СЕМЁН КРАВЦОВ предлагает  поговорить о некоторых ключевых моментах книги Эрнеста Клайна, которые спровоцировали довольно смешанную читательскую оценку, и заставляют всерьёз беспокоиться за качество картины.

Проблема первая – сеттинг

Ready Player One - лор (Geekster.ru)

Действие фильма развернётся в 2045 году, в мрачном будущем, где мир не способен справиться с глобальными экологическими, социальными и экономическими катаклизмами. В то же время, все ресурсы человечества нацелены на функционирование цифровой утопии OASIS – ультимативного средства эскапизма для миллиардов людей по всему миру. Но и с ним не все так просто: на смертном одре её создатель Джеймс Холлидей завещал все свои богатства и абсолютный контроль над виртуальным миром тому, кто сможет найти спрятанное им в системе «Пасхальное яйцо». Тот факт, что при жизни Холлидей был безумным фанатом гик-культуры восьмидесятых, побудило десятки тысяч охотников за пасхалкой – Пасхантеров – к доскональному изучению данного временного периода. Всё виртуальное пространство стало одержимо восьмидесятыми, запертое в нескончаемой ностальгии по культуре давно ушедших дней.

Казалось бы, ну подумаешь, сеттинг как сеттинг. Однако, то что в 2011 году было «ещё одной дистопией», в году 2017 воспринимается чуть ли не как мрачное пророчество. Развитие технологий виртуальной и дополненной реальностей, осуществляемое такими же детьми 80-ых, как и Холлидей, заставляет задуматься, что виртуальное спасение от забот повседневности уже совсем близко. Невозможно игнорировать и повсеместное увлечение «хорошо забытым старым» в кинематографе и медиа – сколько хвалебных отзывов было адресовано «The Stranger Things», сколько раз было пошучено в Твиттере про «я сходил в кино и не понимаю какой сейчас год?». Человечество стоит в паре шагов от местами страшной реальности «Ready Player One», и какое же решение, посыл или предостережение  предлагает нам книга? «Ну, сперва разберёмся с игрой, а остальное решим потом».

Конечно, оригинальный текст не претендует на лавры проработанного социокультурного исследования – тема коллективных пряток от проблем настоящего в комфорте ностальгии по прошлому является в книге далеко не центральной. Но мы живём во времена, когда журналисты могут написать объемную статью о влиянии администрации Трампа на новый кофе в «Starbucks». Неспособность автора чётко обозначить свою позицию по им же описываемой проблеме лишь даёт возможность различным медиа для свободной интерпретации произведения (зачастую – не в пользу автора). Спилбергу по силам избежать такого исхода – первоисточник оставляет место для более критического и активного взгляда на описываемый мир. Однако хватит ли для этого хронометража и без того сюжетно насыщенного фильма?

Проблема вторая – Герой

Ready Player One - Parzival (Geekster.ru)

Прежде чем говорить о самом главном герое произведения, необходимо обозначить, кто такой автор «Ready Player One» Эрнест Клайн. А Эрнест Клайн – Задрот. Не гик, не нёрд, не маниакальный фанат – самый настоящий Задрот. Это человек, который со своих гонораров с RPO купил «DeLorean», обвешал его деталями из «Ghostbusters» и «Knight Rider» (в точности как в своей собственной же книге) и разъезжает на нём по пресс-ивентам. Его вторая книга – «Armada» – является вольным пересказом культового за рубежом «The Last Starfighter» (еще одного произведения, прочно связанного с культурой 80-ых). До публикации RPO, он преимущественно был известен своей работой над сценарием к «Fanboys» – фильма про то, как кучка фанатов Звёздных Войн пытались посмотреть черновой монтаж «Скрытой Угрозы» за полгода до театрального релиза.

У Клайна явная одержимость прошлым, и все, ВСЕ герои «Ready Player One» разделяют с ним эту одержимость. В книге, кажется, нет ни единого персонажа, который бы не фанател от восьмидесятых, «Звёздного Пути», D&D и аниме. Но особняком от всех них стоит протагонист: Уэйд Уоттс, юноша 18 лет, живущий в многоярусном трейлерном парке со своей тёткой и почти все время проводящий в охоте за пасхальным яйцом Холлидея. Масштабы одержимости этого персонажа хорошо ощущаются в самом начале книги, когда на читателя выкатывается многостраничное перечисление изученных им фильмов, сериалов, литературы и даже стендапов. И пусть целью этого нагромождения поп-культурных референсов является демонстрация схожести мышления главного героя с типичным подростком из 80-ых, доскональность и энтузиазм, с которой преподнесён этот список, заставляют задуматься не о простом увлечении, а о нездоровом фанатизме.

Серьёзное восприятие такого персонажа осложняется ещё и тем, что оперирует он в рамках достаточно типичного сюжетного мифа «путешествия героя», в которой тот при помощи своей смекалки/силы/иного преимущества превозмогает злобную корпорацию, спасает мир (в данном случае – цифровой), находит всеобщее признание и девушку своей мечты. Но тот факт, что преимуществом героя является то, что он ещё больший нёрд и битард чем остальные персонажи, заставляет множество людей брезгливо кривить губы, думать «что за поехавший» и бросать чтение. Ведь как можно всерьёз воспринимать книжку, в которой герой добивается своей цели не силой, смекалкой или магическим мечом, а умением выбить рекорд в «Pac-Man»? И ладно, если бы это был современник эпохи восьмидесятых – время действия книги происходит в 40-ые годы XXI века, между Уэйдом и объектом его одержимости лежат 60 лет, предположительно, не совсем стагнирующей медиакультуры. То есть, Клайн, неосознанно для себя и для многих читателей, на протяжении всей книги занимается восхвалением одержимости прошлым.

За рамками характеризации Уэйда как задрота нет практически ничего – ни значительного сюжетного развития, ни переосмысления своих ценностей, выходящего за рамки «я хочу стать ещё лучше ради девушки и спасения мира». Даже его достижения вне OASIS выглядят больше как рояль в кустах, нежели как демонстрация самостоятельности героя. И если Спилберг не «сгладит углы» в экранизации, не представит персонажа Тая Шеридана как нечто большее, чем энциклопедию массовой культуры восьмидесятых, фильм может вполне заслуженно получить на орехи  за выставление напоказ не самой симпатичной стороны гик-сообщества.

Проблема третья – Отсылки к произведениям массовой культуры

Казалось бы, кто не любит хорошей отсылки к культовому произведению; вон, «ЛЕГО. Фильм» набит ими под завязку и никто не жалуется. Но, как и с любым лекарством, многое тут зависит от дозировки. Как уже было указано выше, «Ready Player One» – во многом стандартный Young Adult, не претендующий на высокую литературную ценность и потрясающий авторский слог. На фоне тысяч подобных произведений, её выделяет поражающая воображение концентрация отсылок к массовой культуре в тексте. В рамках не самой большой книги, Клайн сумел упомянуть, наверное, каждый культурный феномен 80-ых: от очевидных Star Wars, Конана-Варвара, Donkey Kong и Монти Пайтон до цитирования текстов песен группы Rush и упоминания истории про взлом телефонных линий при помощи игрушек из хлопьев Cap’n Crunch.

У этого поразительного достижения есть и оборотная сторона: абсолютная сюжетная бесполезность значительного числа этих отсылок. Будет ли зритель готов мириться с тем, что персонаж его любимой франшизы появится на экране, произнесёт в лучшем случае пару реплик, и больше не появится? А если это будет 10 персонажей? 100? Они просто побудут массовкой в чужой истории, но зато у посетителей кинотеатра появится возможность подражать Капитану Америке:

i understood that reference (Geekster.ru)

В том же «ЛЕГО. Фильм» референсы преимущественно использовались ради хорошей шутки. В «Ральфе» популярные игровые персонажи присутствовали очень дозированно, оставляя большую часть экранного времени персонажам выдуманным. Но если вырезать из RPO всех Леопардонов, единорогов из «Бегущего по Лезвию» или упоминание сериала «Super Friends», книга не потеряет практически ничего (ну, кроме самостоятельной художественной ценности). И Спилбергу ведь придётся активно работать ножницами, так как

а) Warner Bros. явно не обладает правами на все упомянутые в книге франшизы
б) Спилберг не хочет снимать фильм про социальную культуру, сформированную фильмами Спилберга (то есть упоминаний его фильмов можете не ждать).

И, наверное, остаётся только радоваться этому, поскольку вынужденное сокращение и переиначивание недоступных WB референсов поможет снизить фокус фильма с восхваления культуры восьмидесятых.

 

В чём же ценность книги?

Поставив под сомнение фактически все отличительные особенности оригинальной книги, этот текст ставит перед читателем вопрос – а стоит ли ждать чего-то путного от экранизации?

На основе одного тизера сложно дать объективный ответ, но пока за этой темой хотя бы стоит следить. Ведь, несмотря на всё несовершенство книги, её можно воспринимать как ценное для современного мира произведение. Да, она говорит с читателем языком избыточной романтизации прошедшей эпохи, которую многие из читателей даже не застали. Но в её основу заложен посыл, которого, несмотря на всю его простоту и наивность, многим из нас так часто не хватает в повседневности: интерес к комиксам, сериалам, видеоиграм, книжкам или настолкам – это нормально, это не делает кого-либо хуже или ущербнее, и даже может стать источником внутренних сил. «Ready Player One» – это сказка. Но это сказка новой формации, не для детей, а для людей, готовых сутками читать нескончаемый супергероический эпос комиксов или залпом смотреть сериалы, возится с ножницами, тканью и нитками за ночь до конвента или маниакально ползать с линейкой и миниатюрами по огромному столу. Всё они важны, все они полезны, они – герои своей истории, и эта история – про них.

Книг, не демонизирующих, а восхваляющих гик-культуру мало, хороших – ещё меньше, поэтому так важно, что за полнометражное воплощение «Ready Player One» взялся Стивен Спилберг. Но даже его колоссальный талант и опыт не способны гарантировать успех адаптации. Его недавние фильмы не смогли стать жанровой классикой, а анимационные работы – «Большой и Добрый Великан» и «Приключения Тинтина» – больше отдают ностальгией Спилберга по собственному детству, чем желанием снять близкую и понятную для современных детей историю. Довольно иронично: наибольшим творческим вызовом для Спилберга может стать фильм нацеленный на людей, выросших на его фильмах. И когда этот фильм выйдет, меньше всего хотелось бы, чтобы вместо истории личной и вдохновляющей – истории важной для мира полного гиков и фанатов – получился бездумный компьютерно-сгенерированный калейдоскоп поп-культурных референсов. Но чтобы этого не произошло, фильму нужно не побоятся стать лучше и умнее книги.

Читайте ранее:
Человек-паук снова вне закона

Стала известна новая арка комикса Peter Parker: The Spectacular Spider-Man. Она начнется тогда же,...

Закрыть