Рады представить вашему вниманию едва ли не самый исчерпывающий материал о мире Дюны. Ранее с таким же подробным текстом про Warhammer 40000 вы могли ознакомиться у нас на сайте. В ближайшем времени у нас появится ещё несколько столь же больших и подробных материалов про другие вселенные.

 

Пески Арракиса или Десять тысяч лет тому вперед

Пусть страх сжигает разумы пророков
А боги умирают от речной воды
Святые девы пусть забудутся пороком
А дюны превращаются во льды

Spice must flow. В том мире так говорят власть имущие. Спайс правит миром. Спайс – паутина, которая держит Вселенную и не дает ей рассыпаться. Спайс – самое важное вещество во Вселенной.
Но что же это такое?
Спайс, меланжа или Пряность – это вещество, которое существует лишь в одном месте во всей известной вселенной – на планете Арракис, которую чаще называют Дюной. Дюна – планета-пустыня, где почти нет воды, не идут дожди, а смертоносные песчаные бури уничтожают целые города.
Лишь на Дюне мире живут гигантские песчаные черви. Эти исполины бороздят пески Дюны, а в чреве их ревет вечное пламя. Если вы идете по пустыне Арракиса, червь обязательно услышит и появится, чтобы проглотить. Черви не могут жить нигде, кроме Арракиса. Все попытки разводить их на других планетах не возымели успеха. Фримены – коренные жители пустыни научились седлать червей с помощью специальных крюков и ездить на их спинах.
image001
Черви участвуют в создании Пряности, без которой разрушится империя.
Пряность увеличивает продолжительность жизни. Пряность оттачивает чувства и пробуждает в человеке дар предвидения. Это самое дорогое сокровище во всех мирах, на всех планетах. Лишь немногие аристократы могут позволить себе купить немного пряности, чтобы добавлять в чай. Она имеет запах корицы, но вкус никогда не повторяется.
«Она как жизнь – каждый раз предстает в новом обличье. Некоторые полагают, что меланжа вызывает так называемую реакцию ассоциированного вкуса. Иначе говоря, организм воспринимает ее как полезное вещество и, соответственно, интерпретирует ее вкус как приятный, – это эйфорическое восприятие. И, подобно жизни, Пряность никогда не удастся синтезировать, создать ее точный искусственный аналог…»
Частое употребление спайса вызывает привыкание и окрашивает белки глаз в синий цвет.
image002
Навигаторы Космической гильдии используют спайс для прокладывания безопасного маршрута из одной точки пространства в другую. Благодаря этому свойству Пряности и появилась империя, в которую вошли тысячи планет.
Спайс помог создать относительно устойчивую систему, основными столпами которой были Трон Золотого льва, Космическая гильдия и Ландсраад. Но, как было сказано в книге: «В политике, в отличие от механики, треножник — самая неустойчивая конструкция.»
Равновесие империи действительно было шатким, ведь каждый хотел урвать себе кусок власти. Даже Космическая гильдия включилась в эту борьбу, хотя официально стояла вне политики.

Космическая гильдия

Юридически гильдия занималась только перевозками и не вмешивалась в политику. Фактически она монополизировала спайс и установила огромные цены на мгновенные перелеты. Никто не мог противостоять ей, ведь только пилоты Космической гильдии могли путешествовать между мирами, искривляя пространство. Без Космической гильдии империя вновь стала бы разрозненной, а полеты длились бы месяцами.
Гильднавигаторы мутировали и стали рабами Пряности.  Они управляли кораблями,  которые могли искривлять пространство с помощью эффекта Хольцмана.  Они жили в специальных чанах, куда подавался концентрированный, насыщенный спайсом воздух. Даже внешне они переставали быть людьми. Их мозг становился во много раз больше, а конечности атрофировались. Эти существа становились частью космоса, частью своих кораблей, им открывались неведомые доселе возможности. Гильднавигаторы чувствовали солнечный ветер, видели ультрафиолетовые лучи, слышали дыхание красного смещения Вселенной. Но они никогда не выбирались за пределы своих чанов. Их жизнь напрямую зависела от поставок Пряности.
image003
Именно с создания Космической гильдии началось летоисчление «Дюны».

Ландсраад

Не слишком благозвучное для российского читателя название. Это ассамблея всех Великих домов, заседающая на Кайтэйне, столице империи. Проще говоря – правительство.
История Ландсраада уходит корнями глубоко в прошлое. Он существовал задолго до создания Космической гильдии и занимался в то время преимущественно пустыми разговорами и бюрократией.
Однако все изменилось после подписания Великой конвенции, которая установила хрупкое равновесие между основными силами империи. После этого Ландсраад смог контролировать и ограничивать власть Падишаха-Императора.
Но Ландсраад — а одновременно с ним и другие мощные коалиции, — погряз в подковерных интригах и бюрократии. Равновесие между тремя главными столпами империи оказалось не только хрупким, но и недолговечным.

Дом Коррино

Десять тысяч лет империей правил дом Коррино. В легендарной битве за Коррин этот дом получил свою фамилию и титул. То была последняя битва Батлерианского джихада – войны с мыслящими машинами.
После этого в Известной Вселенной утвердилась власть Падишах-Императора. Последним императором семьи Коррино был Шаддам IV, отравивший своего отца, чтобы получить власть.
image004
Чтобы поддерживать свою власть и запугивать остальных, была создана школа подготовки специальных солдат — сардаукаров. Они обучались на планете-тюрьме, где стояли ужасные условия, и были фанатично преданы своему Императору и Дому Коррино. Один легион (30 000 солдат) мог навести порядок на любой планете, вызвавшей неодобрение Императора. Эта сила считалась самой страшной и смертоносной во всех известных мирах. Пока не столкнулась с фрименами Арракиса.
Но видимые силы зачастую не могли сравниться с тайными сообществами. Например, с общиной сестер Бене Гессерит.

Бене Гессерит

Орден Бене Гессерит – это тайное женское общество со своей иерархией, приемами и сложными тренировками тела и разума. Сестры ордена умели видеть правду и ложь, управлять людьми, используя особый Голос, менять метаболизм, управлять любой мышцой своего тела. Многие люди боялись их способностей и со смесью страха и ненависти называли сестер общины ведьмами. Главные женщины в ордене – Пребодобные матери – могли проникать в память своих предков по женской линии, использовать их опыт, знания и общаться с ними.
Основной целью ордена являлось создание мужской версии Преподобной матери Бене Гессерит, сверхчеловека, способного быть «во всех местах одновременно», предвидеть будущее и управлять империей. Сестры могли проникать в предковую память только по женской линии, и им нужен был тот, кто проник в мужскую предковую память.
Для этого использовалась селекционная программа. Орден сводил сестер с нужными мужчинами, чтобы рождались дети с определенными особенностями. Дети вырастали и продолжали генетическую программу. С точки зрения генетики это кажется странным, потому что процент получения действительно нужных особенностей в таком случае ничтожно мал. Но Фрэнк Герберт писал свою книгу до того, как стало известно количество генов в человеческом организме (22 500 и может варьироваться у разных людей).
Дочери императора Шаддама тоже принадлежали к ордену, а многие Великие дома нанимали сестер Бене Гессерит, которые могли различать правду и ложь.
image005

Тлейлаксу

Многие поклонники «Дюны» при упоминании этих людей брезгливо морщатся. Тлейлаксианцы слишком уже отличаются от остальных обитателей этой вселенной. Маленькие, тщедушные, сморщенные, серокожие, они пытались проникнуть в основы тайн жизни. Тлейлаксу клонировали себя снова, снова и снова, поэтому с каждым поколением мутаций в одной особи становится все больше, и они начинают выглядеть все хуже и стареть все быстрее. Их опыты классифицировались, как неэтичные, но вмешиваться в их дела никто не хотел.
image006
Тлейлаксу пытались создать синтетическую Пряность, но раз за разом терпели неудачу. Они проводили множество бесчеловечных экспериментов над собой и над другими людьми. Среди тлейлаксу по загадочным причинам не было женщин. Вместо этого они использовали таинственные аксолотлевые чаны, в которых выращивали клонов, лицеделов и гхол.
Лицеделы могли менять свою внешность, идеально мимикрируя, перенимая манеры конкретного человека. Манеры поведения, жесты, излюбленные словечки – лицедел мог скопировать все. Однако они всецело подчинялись тлейлаксианцам. Если бы лицеделы восстали, то смогли бы стать одной из основных движущих сил империи. Однако этого не случилось.
Второе ноу-хау тлейлаксианцев гораздо интереснее первого. Гхола – возрожденная копия умершего человека, которая могла получить знания оригинала. Для этого необходимо было пройти через сильное потрясение и катарсис. Дункан Айдахо, один из главных героев «Дюны», прошел в виде гхолы через все книги серии, а в конце вспомнил все свои жизни и смерти. А это — больше шести тысяч лет.

Фримены

Но вернемся к Дюне, пустыни которой таят в себе самое главное вещество во Вселенной. Фримены, коренные жители Арракиса, обитали на планете много тысячелетий и приспособились к тяжелым условиям. Ярость и гнев фрименов напугали даже имперских сардаукаров. Еще бы. Фримены жили в ужасных условиях – песчаные бури, недоедание, нехватка воды, вечная жара… Тем не менее, фримены любили свою планету и готовы были сражаться за нее до последней капли крови.
Больше всего фримены ценили не спайс, а воду. Пряность для них привычна, они добавляли ее в еду и питье, ткали из нее одежды. Пряностью пропитан весь организм фримена. У них были самые синие глаза, ведь они употребляли Пряность всю жизнь, впитывая ее с молоком матери.
Но вода намного ценнее спайса. Когда фримен умирал, из него выкачивали воду и отдавали племени. А если в вас плюнул фримен, это значит, что он выказал свое уважение. Слюна – это жидкость, почти вода. Самое ценное, что у него есть.
У фрименов существовал аналог бенегессеритской Преподобной матери – Сайядина. Сайядины умели видоизменять яд песчаных червей и превращать его в безвредный наркотик. Этот наркотик принимало все племя, после чего половозрелые мужчины и женщины устраивали дикую необузданную оргию. Да, фримены знали толк в развлечениях…
Фримены носили защитные костюмы, которые сохраняют влагу, и ездили верхом на песчаных червях.
image007
Фримены настолько бесстрашны и сильны, что без особого труда разрушили равновесие, существовавшее в империи последние несколько веков. Когда на Арракисе появились Атрейдесы, вся империя пришла в движение.

Атрейдесы и Харконнены

Пауль, сын герцога Лето Атрейдеса и леди Джессики из ордена Бене Гессерит, является главным героем первых двух книг.
image008
Считалось, что род Атрейдесов начался с героя древнегреческой трагедии «Орестея» — Артея. Так это или нет — неизвестно. Но будем считать, что в будущем кто-то нашел гены древних греков и проверил эту теорию.
Благородная семья Атрейдесов жила на водной планете Каладан. Герцог Лето находился в родстве с Падишахом-Императором Шаддамом IV, но на трон не претендовал, политикой – что странно для этого мира – не интересовался, и воспитывал сына Пауля, рожденного любимой наложницей Джессикой.
«Ничто не дает вождю большей преданности, чем атмосфера бравады, смелости, куража… Вот я ее и культивирую», — говорит герцог Лето, и мы не можем не проникнуться к нему теплотой.
Его антагонист барон Владимир Харконнен – сиридар, планетарный губернатор Арракиса. Барон богат и очень влиятелен. У него огромные психологические комплексы (и парочка психиатрических диагнозов), потому что он стал настолько жирный, что даже не мог сам ходить. Харконнен летал на антигравитационных подвесках и зловеще смеялся. Как и полагается главному злодею, он был мерзок, коварен и противен. Да еще и гей. Хотя его ориентацию можно поставить под сомнение, потому что барону было интереснее помучить и убить, чем заняться процессом прелюбодеяния.
image009
Для полноты картины следует добавить пару слов о родовой планете Харконненов. Гьеди Прайм (в других переводах Джеди Прим) – урбанизированный мир,  под управлением Харконненов погрязший в токсичных отходах и почти полностью истощивший свои ресурсы.
На первый взгляд кажется, что автор решил поступить по-простому и сразу разделить персонажей на «своих» и «чужих». Но барон Харконнен не всегда был таким мерзким и подлым (и даже не всегда был жирным), а Лето Атрейдес не всегда вел себя отважно и благородно. Автор очень достоверно и психологично прописал их характеры. При чтении можно поймать себя на мысли, что сочувствуешь барону или порицаешь герцога.
И не понятно, с чего началась эта вендетта. Кажется, что Лето Атрейдес и Владимир Харконнен не ненавидят друг друга лично. Но эта ненависть давно и прочно вписана в их геномы.
Началась эта вражда еще во время Батлерианского Джихада, когда предок Пауля Атрейдеса Уориан проявил необычайную храбрость, а его близкий друг Абульурд струсил и подвел своих, за что был изгнан со своей планеты и отлучен от Великих домов.

Батлерианский джихад

Священная война между людьми и разумными машинами упоминается слишком часто, чтобы пройти мимо нее. После Батлерианского джихада все компьютеры были уничтожены, чтобы искусственный разум не появился снова.
За десять тысяч лет человечество так и не решилось создавать компьютеры, но отлично научилось справляться без них. Конечно, на космических кораблях было установлено программное обеспечение, но оно было совсем простым. Такие программы даже не могли посадить корабль на планету. Для сложных операций требовалось вмешательство человека.
Эта война навсегда изменила историю человечества. Начало ей положила малочисленная молодежная группа, которая хотела изменить жизнь в галактике к лучшему.
Это случилось задолго до открытия свойств меланжи и мгновенных перемещений в пространстве.
Первые огоньки джихада запылали одиннацать тысяч лет назад, когда человечество погрязло в роскоши. Несколько веков уже существовала всемирная сеть, с помощью которой люди общались друг с другом, практически не выходя из дома и не делая ничего мало-мальски полезного. Что-то напоминает, не правда ли?
Именно тогда некий молодой человек с ником Агамемнон (из той самой греческой трагедии «Орестея»), умный и амбициозный, познакомился в сети с несколькими ему подобными. Они решили – хватит это терпеть. Да и зачем, когда можно захватить власть и править миром? Многими мирами.
Человечество можно было брать теплым.
Нельзя точно сказать, что двигало компанией молодых и скучающих молодых людей. Возможно, у Агамемнона были благие намерения. Возможно, он хотел спасти людей от полной деградации. В какой-то степени ему это удалось.
Агамемнон и его друзья создали искусственный интеллект, который должен был помочь им захватить власть. Один из главных программистов вложил в компьютер программу, которая не позволяла ему убить своих создателей. Если бы не это, то создатели умерли бы первыми.
image010
Пробудившись, искусственный разум начал устанавливать свою диктатуру. ИИ по имени Омниус нес мир и процветание на все планеты, до которых мог добраться. Поскольку он был не человеком, а терпеливой машиной, то его не пугали расстояния и дальние перелеты, он методично и целенаправленно шел к своей цели.
Людям ничего не оставалось, как вылезти из своих гедонистических грез и мобилизоваться. Так начался Джихад.
image011
Прошла тысяча лет. Создатели искусственного интеллекта во главе с Агамемноном сами почти превратились в машины. Они назвали себя кимеками. От каждого из них остался только мозг в баночке и несколько механических сменных тел. Омниус не смог пойти против программы и убить их, но он заставил их служить ему. Кимекам пришлось исполнять все приказы машинного разума. Омниус тем временем захватывал планету за планетой. Людей он брал в рабство и с их помощью организовывал свою инфраструктуру.
Но люди вышли из своих домов и начали бороться за свою свободу. Они избавились от всех компьютеров, и даже космическими кораблями пользовались с опаской.
Одним из участников сопротивления машинному разуму был Ксавьер Харконнен. Потомок древнего знатного рода мечтал избавить миры от неуклонного нашествия Омниуса. Между благородным Ксавьером и подлым Владимиром не было ничего общего.
Уориан Атрейдес, суррогатный сын кимека Агамемнона, напротив – воевал на стороне машин. С детства ему внушали, что машины имеют больше прав, чем люди, а быть кимеком – практически бессмертным мозгом в банке – это самая высокая награда в жизни.
Однако он перешел на сторону своих соплеменников и начал сражаться против искусственного разума. Уориан Атрейдес и Ксавьер Харконнен стали лучшими друзьями.
Джихад продолжался столетиями. Благодаря технологиям кимеков Уориан жил дольше обычных людей. Он видел смерть своих близких и почти победил Омниуса и всех кимеков. Но последнее сражение, названное битвой за Коррин, сделало Атрейдесов и Харконненов врагами. Внук Ксавьера, Абульурд Харконнен, хотел поступить благородно, но поплатился за это. Уориан Атрейдес с позором изгнал его.
С тех пор имя «Абульурд» стало считаться грязным и порочным. Столетиями семья Харконненов пыталась вернуть себе влияние, и постепенно им это удалось. Последние восемьдесят лет они правили Арракисом, наращивая свои богатства и влияние в Ландсрааде. Вендетта между Атрейдесами и Харконненами со временем набирала обороты. Неизбежно должен был последовать взрыв.
И он случился, когда Бене Гессерит почти подошли к завершению своей селекционной программы создания сверхчеловека.

Вместо компьютеров

Уничтожение мыслящих машин породило новую организацию – школу ментатов. Ментат — это человек, которого особым образом научили принимать и анализировать инфомацию без участия эмоциональной сферы. После джихада ментаты заменили компьютеры. Представители Великих домов покупали себе ментатов, которые были способны хранить и обрабатывать необходимые данные.
Никто больше не осмеливаться производить компьютеры. Была лишь одна планета, которая решилась на изобретение компьютеров после джихада – Икс. Иксианцы не беспокоились о последствиях своих действий, но остальные относились к ним настороженно. На Иксе даже были киборги – люди с механическими частями тела.
Кое-кто считал, что гхолу или лицедела можно считать роботом, но общего мнения по этому вопросу не сформировалось. В отсутствие компьютеров люди начали программировать новых людей. Разве селекционная программа Бене Гессерит – это не создание машины, которая должна ехать по единственно правильной дороге?

Основание космической гильдии

Первой, кто с помощью предзнания увидел воплощение Квисатц Хадераха, была Норма Ценва, жившая во времена Батлерианского джихада. Корабли тогда летали месяцами или даже годами, а свойства спайса еще не были открыты. Норма Ценва была дочерью одной из главных россакских ведьм, которые стали прототипом ордена Бене Гессерит. Они обладали ментальными возможностями, превосходящими возможности других людей. Норма напротив не обладала никакими способностями. Более того – она была хромой и некрасивой, но очень умной. Ее направили к выдающемуся математику Тео Хольцману, именем которого названы двигатели, искривляющие пространство.
Попав в плен к кимекам, Норва Ценва подверглась ужасным пыткам, но именно это открыло дремлющие в ней возможности. Когда кимеки стимулировали центр боли ее мозга, Норма пробудилась. Силой разума она уничтожила их, а сама перестроила свой геном, впитав в себя красоту и мудрость всех своих предков по женской линии.
image012
Она первая коснулась предковой памяти. Норма не только заглянула в прошлое, но и увидела будущее. Она увидела создание общины Бене Гессерит, генетическую программу и венец всего – Квисатц Хадераха. Мужчину, который обладал бы всеми способностями сестер ордена и вел бы империю к процветанию. Норма увидела путь, по которому должно идти человечество.
Через несколько десятков лет Норма Ценва стала первым пилотом, искривляющим пространство. Она открыла свойства спайса и основала Космическую гильдию. Но главным ее пророчеством был Квисатц Хадерах.

Квисатц Хадерах

В идеологии ордена Бене Гессерит Квисатц Хадерах занимал самое важное место. Это был человек, мужской аналог Преподобной матери, который «мог быть во многих местах одновременно». Он должен был превратить тайное общество Бене Гессерит в главную движущую силу империи. Для него планировалось одновременно две роли. С одной стороны он стал бы править людьми, но с другой он обязан был подчиняться ордену и соблюдать его интересы.
До рождения Квисатц Хадераха оставалось два поколения. Леди Джессика должна была соблазнить герцога Лето Атрейдеса и родить от него дочку. Эта дочь в свою очередь должна была родить от Фейд-Рауты, племянника барона Харконнена, мальчика, который стал бы Квисатц Хадерахом.
Но сестры Бене Гессерит не учли один немаловажный фактор – любовь.
image013
Леди Джессика должна была соблазнить Лето, но сама не устояла перед герцогом и влюбилась в него. Лето очень хотел сына, и Джессика ослушалась приказа сестер. У них родился сын, которого назвали Паулем. Это спутало все планы Бене Гессерит. Квисатц Хадерах появился на свет на одно поколение раньше. И он не собирался становиться марионеткой ордена.
Император Шаддам Коррино IV отправил семью Атрейдесов на Арракис, но сиридар Владимир Харконнен не хотел делиться своей властью и деньгами. Пауль и Джессика оказались в пустыне один на один со стихией, но фримены спасли их. Так началась их новая жизнь среди песков.
Именно там Пауль увидел настоящее, будущее и Золотой путь – единственную дорогу, которая вела человечество к процветанию. Он заглянул в будущее еще дальше, чем Норма Ценва. Так началась история Пауля Атрейдеса, Муад’Диба, нового мессии человечества. Так началась «Дюна» — история, которая длилась шесть тысяч лет.
image014

Немного матчасти

Переводы

К сожалению, для российских читателей «Дюна» началась с плохого перевода. Развалины родового герцогского замка, служившие домом двадцати шести поколениям семьи Атрейдесов, освещала далекая луна.
Что-о-о? – спросите вы. Почему развалины? Неужели бедная герцогская семья живет в развалинах уже двадцать шесть поколений? Конечно, лучше переехать на Арракис. Но все дело в переводе. Поскольку в семидесятых-восьмидесятых-девяностых научная фантастика считалась литературой не серьезной, переводили ее соответственно. Тяп-ляп, и готово. В таких переводах впервые появились развалины, груды камней и другие ляпы. А поскольку в «Дюне» много терминов взято из арабского и других языков, понять смысл зачастую не представлялось возможным.
Брутальнные олдфаги читали «Дюну», несмотря на переводы. Плакали, кололись, но продолжали. Кое-кто учил английский, кое-кто пытался переводить сам. Ныне самым лучшим считается перевод Павла Вязникова, который вышел в начале 2000-х. Про этот перевод тоже говорят, что он не идеален. Но кто может перевести идельно?
Новые издания «Дюны» и ее продолжений выходят в хороших переводах, так что можно особо не бояться. Если тревожат опасения, можно открыть самое начало первой книги. Если обнаружили там развалины замка или груду камней, можете смело закрывать и искать дальше.

Мир «Дюны»

Первый роман серии был опубликован в 1963 году и назывался «Мир Дюны». Вторую часть издали два года спустя под названием «Пророк Дюны». Две эти части и составили книгу, которую теперь мы знаем под именем «Дюна».
В 1965 году первый роман о песчаной планете получил свою первую литературную премию «Небьюла», за ней последовала самая престижная награда среди писателей-фантастов «Хьюго» в 1966 году и «Локус» в 1975-м. Некоторые считают «Дюну» Фрэнка Герберта лучшим фантастическим романом всех времен.
Но «Дюна» — не единственная книга серии. Фрэнк Герберт написал шесть книг о песчаной планете. первый роман назывался «Дюна». За ней последовали «Мессия Дюны» и «Дети Дюны», объединенный общими персонажами и временной линией. Пауль Атрейдес сверг императора Шаддама IV,  объединил войска непобедимых фрименов и начал свой священный джихад, подавляя любые очаги сопротивления. Жизнь империи менялась на глазах.
Четвертая книга «Бог-Император Дюны», пожалуй, самая неоднозначная книга серии. Со времени джихада Пауля Атрейдеса прошло три с половиной тысячи лет. Все это время империей правил получеловек-получервь, живой бог, второй после Пауля Квисатц Хадерах. Когда-то Бог-Император был человеком, но ему пришлось стать получервем, чтобы вести человечество по Золотому пути.
image015
Книга кажется больше похожей на пьесу. В ней больше размышлений, нежели действий, что может показаться читателям странным и непривычным.
Действие последних двух книг («Еретики Дюны» и «Капитул Дюны») происходит через две тысячи лет после свержения Бога-Императора, которого теперь называют Тираном. Когда-то человечество ушло в Рассеяние – древнюю экспансию по колонизации далеких звезд и планет. Но сейчас начало возвращаться, убегая от какого-то страшного врага.
К сожалению, Фрэнк Герберт не успел написать завершающую книгу о Дюне, поэтому «Капитул Дюны» была последней книгой серии. До недавнего времени.

Экранизации

После выхода книги не могла не последовать экранизация. В 1975 году сьемки «Дюны» отменили, но в 1984 Дэвид Линч выпустил фильм, который мало кому понравился. Для поклонников он оказался слишком скомканным, а для не-поклонников слишком непонятным.
Да и как экранизировать настолько неоднозначную книгу? Все имеющиеся материалы явно не уложить в полтора-два часа экранного времени. Сейчас экранизация 1984 года смотрится глупой, наивной и довольно смешной, как и большинство фильмов того времени. Некоторые моменты вызывают неприязнь (например, жирный летающий барон Харконнен), некоторые – желание посмеяться (юный рыжий Стинг в трусах).
image016
Явный плюс фильма – знание режиссером мира «Дюны». Например, фанат может порадоваться наличию летающих платформ и довольно точному изображению гильднавигаторов. Но есть один несомненный минус – фильм не передал атмосферы книги. В то время, как Герберт уводит читателей в мир горячего песка, обжигающего воздуха, смертоносного и враждебного мира, Линч показывает зрителю убогую жаркую планетку и потуги героев интриговать. Но, как уже было сказано выше, очень сложно передать атмосферу и экранизировать настолько сложную книгу, и фильм Линча остается в какой-то степени культовым.
В 2000 году вышел мини-сериал «Дюна», а чуть позже мини-сериал «Дети Дюны» (экранизация второго и третьего романов серии). «Дети Дюны» оказались не так плохи, как могли бы. Юный Джеймс МакЭвой отлично справился с ролью Лето II, сына Пауля Атрейдеса и фрименки Чани.
Говорят, что Том Тыквер хочет снять еще одну экранизацию первого романа. Но говорят об этом уже несколько лет, так что остается ждать и заранее бояться плохого фильма, как это принято у поклонников.
Странно, что экранизировали только первые две книги. «Капитул Дюны» и «Еретики Дюны» гораздо лучше поддались бы адаптации на экране. Они и проще, и зрелищнее.

Наследие «Дюны»

Мир «Дюны» насчитывает шесть романов Фрэнка Герберта, которые, к сожалению, он не успел закончить. Однако сын автора Брайан Герберт нашел в столе записки отца и решил дописать серию. В соавторы он взял фантаста Кевина Андерсена, известного своими новелизациями. Вдвоем они написали две трилогии-приквела. Первая охватывает Батлерианский джихад и создание Космической Гильдии, вторая рассказывает о молодости барона Харконнена и герцога Лето Атрейдеса.
На этом авторы не остановились. Нельзя было оставлять мир «Дюны» без эпического конца, и потому были написаны последние два романа: «Песчаные черви Дюны» и «Охотникии Дюны», которые полностью завершили серию «Дюна».
Отношение к продолжениям у поклонников неоднозначное. Кто-то говорит, что новые книги довольно неплохи. Конечно, их не сравнить с романами Герберта-старшего, но никто и не собирается их сравнивать. Планку ожиданий стоит опустить пониже, и читать их романы можно уже без отвращения и ужаса в глазах.
Вторая категория поклонников яро не приемлет книги Герберта-младшего и Кевина Андерсена. «Откуда мы можем знать, – вопрошают они, — что это не сам Брайан Герберт придумал?»
На самом деле ответ на этот вопрос довольно прост. Брайан Герберт и Кевин Андерсен просто не додумались бы до такого. В их романах сразу заметно, где идеи Герберта-старшего, а где отсебятина его сына. Поэтому я думаю, что эти книги стоит читать, если нравится вселенная «Дюны» и хочется остаться там немного дольше.
В трилогии про Батлерианский джихад описывается становление Ландсраада, дружба Атрейдесов и Харконненов, превратившаяся в бесконечную борьбу, начало Космической гильдии, первая попытка оседлать песчаного червя и много чего интересного. На мой взгляд, почитать стоит.
Книгами и фильмами мир «Дюны» не ограничился. В 1992 году была выпущена, а в 1993 переиздана игра Dune, которая стала классикой среди компьютерных игр. Было выпущено еще несколько игр, и в 2001 самая последняя – Frank Herbert’s Dune.
В англофандоме по «Дюне» можно найти самый разный фанарт и фанфикшн, но русскоязычный фандом не слишком большой и продуктивный. Возможно, это даже хорошо. По крайней мере, в рунете не встретишь холиваров между фанатами, у которые разные фломастеры.

И напоследок

Вселенная, которую придумал Фрэнк Герберт, является одним из самых ярких миров, когда-либо созданных человеком. Кому-то «Дюна» не по душе, и причин тому очень много. Некоторые жаждут больше юмора и развлекалова, другие хотят читать фантастический боевик, третьи хотят легкой фантастики, которой можно вдоволь поудивляться. А кто-то считает «Дюну» глупой фантастической книжкой, ведь фантастика априори не может быть серьезной литературой.
Но «Дюна» — это нечто особое. Не боевик, не легкое чтиво на ночь, да и глупой эту книгу назвать нельзя.
«Дюна» — это громадный неоднозначный философско-фантастический эксперимент. На ее страницах сплелось множество тем: политика, религия, экология, эволюция, этика, технологический прогресс и его уместность. Фрэнк Герберт продумывал мир «Дюны» много лет. Во время работы он изучал разные дисциплины. Такие, как антропология, психология, экономика, биология, история, физика, астрономия, а также иностранные языки, из которых брал термины. Автор уделял особое внимание естественным и социальным наукам. В работе ему всегда помогала жена Беверли, которая послужила прототипом леди Джессики.
Одной из главных тем является противостояние человека своей судьбе. Пауль Атрейдес бежал от своего предназначения, от Золотого пути. Он не хотел становиться Богом-Императором, ведь тогда его ждала бесконечно долгая жизнь и ответственность за тысячи миров.
Но можно ли противостоять Вселенной?
dune_tribute_by_jamga-d34c20h